Употребление грамматических форм

Окончание (в частности и нулевое) противополагается в плане информативности основе слова (в данном случае производной) как закрепитель или носитель только категориальных значений. Поэтому его вычленение — путем сопоставления между собой различных грамматических форм анализируемого слова — должно предшествовать анализу основы.

Бывают случаи, когда только сопоставление грамматических форм рассматриваемого слова выявляет границу между окончанием и предшествующим суффиксом, относящимся уже к основе.

Так, понять, что элементы -ий, -ей в формах Р.п. мн.ч. судий, сыновей представляют не окончания, а морфы суффикса –j-, помогает сравнение с ними других падежных форм (судья, судьи, судью, судий; сыновья, сыновьям, сыновей и т.д.). То же самое относится к прилагательным типа птичий, овечий. Слова гнездо и депо одинаково оканчиваются на , однако их парадигмика свидетельствует о том, что в первом примере является окончанием, а во втором — конечным гласным основы. Вследствие этого есть смысл такое сопоставление грамматических форм ввести в словообразовательный анализ как обязательное. Например: скорость, скорости, скоростью, скоростей, где при сопоставлении выделяется основа скорост' и флексии, соответственно нулевая (орфографически ), , , -ей. Назовем такой подбор грамматических форм анализируемого слова, способствующий выделению в нем окончания, первым аспектом, или рядом, сопоставления.

Следует также иметь в виду, что иногда субстантивные флексии не только формируют категориальную принадлежность производного, но и выполняют роль собственно словообразовательную. Эти две функции в них совмещаются. К синкретическим могут быть отнесены, например, следующие окончания:

  • 1. И.п. ед.ч. -а(я) (с соответствующей системой флексий) в женских именах, соотносительных с мужскими, ср.: Богдан и Богдана, Богумил и Богумила, Болеслав и Болеслава, Александр и Александра, Валентин и Валентина, Валерий и Валерия, Евгений и Евгения, Павел и Павла, Серафим и Серафима, Юлий и Юлия, а также Новомир и Новомира, Ревмир и Ревмира, Владлен и Владлена, Ромен и Ромена: "Сергей Глушанков и его жена Ольга Грененберг в знак преклонения перед талантом и благородством Ромена Роллана назвали свою дочь Роменой" (Правда. 1970. 7 янв.).
  • 2. И.п. ед.ч. -о (наряду с соответствующей системой флексий) втопонимических названиях, восходящих к собственным именам (с. Куйбышево, пос. Кирово, г. Пушкино).